Главная > Переписка > Часть I > 1804-1817 год > Жану Батисту Пьерре


Жану Батисту Пьерре

Вторник, вечер [конец декабря 1817]

Дорогой друг, мне совершенно необходимо поговорить с тобой нынче вечером: я так переполнен, что не знаю ни что тебе сказать, ни с чего начать. Сегодня вечером с помощью словаря я нацарапал убогое письмецо, 1 где сказано все, что я сумел выразить. Я сам с трудом его понимаю, и один Бог знает, поймут ли его другие... В девять вечера мне подают знак, и в два прыжка я уже наверху, где застаю известную тебе особу, — по своему милому обыкновению она на месте. Кровь у меня сегодня кипела сильней, чем обычно, и я нашел девушку в десять раз более привлекательной.

Мгновение спустя мой аргус 2 в засаленном переднике надумал сходить не то за паштетом, не то за колбасой, чтобы нафаршировать мясо. Для нее дело великое, а нам каково! Хлоп! Я беру дверь на запор, и вот мы одни вечером на кушетке, колени к коленям, а затем колени меж колен. О Боже, в жизни у меня сердце так не прыгало! Йорик склонил голову на грудь Элизы. Йорик обнял Элизу за тонкую талию и привлек к своим устам. Боже, почему я не написал тебе, друг мой, сразу после этого мгновения? Где мой пыл, где мое негодование?.. Но погоди минуту. Ты что вообразил? Быть может, я дал тебе понять, что достиг цели? Увы, в этот миг физического и душевного напряжения, когда вожделение поднимает голову и придает душе отвагу полубога, раздается стук в дверь... К черту того, кто стучит! Я целую другую щеку — стук не прекращается... Я останавливаюсь, мы оба, затаив учащенное дыхание, внемлем тишине, как сказал поэт, и я слышу только биение собственного сердца. О друг добродетели! Это была моя сестра... Задвижка отскакивает, и смущенная красавица заливается краской. Сестра в холодном бешенстве врывается в комнату с таким видом, от которого разбежались бы даже уличные мальчишки. Ей, видите ли, потребовалось жаркое, и она пошла искать кухарку. Теперь она разозлилась еще сильней — возможно, и было отчего. В самом деле, есть ли занятие глупей, чем совать нос в дверь, за которой занимаются любовью? Какого черта! Любовью следует заниматься, и тем хуже для ханжей! Словом, что тебе сказать? Я был вне себя и испепелил бы дом, будь в моем распоряжении молния. К счастью, река вернулась в свое ложе, а я отправлюсь на свое, несколько более спокойный, чем час назад. А пока, хотя голова у меня полна подробностями свидания, перепишу по горячим следам начисто свое варварское и бессвязное письмо. Прощай! Доброй ночи! Люби свою Фаншетту и своего друга. Кончаю. До пятницы и до гроба твой

Йорик


1 Речь идет о письме на английском языке, адресованном Элизабет Солтер, героине приключения, описываемого в этом письме.
2 Речь идет о сестре художника Анриете де Вернинак, у которой жил тогда Делакруа.

Предыдущее письмо.

Следующая глава.


Вид моря с вершин Дьеппа

Апофеоз Делакруа

Делакруа. Маргарита в церкви






Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Эжен Делакруа. Сайт художника.