Ремону Сулье

Лондон, 6 июня 1825

Вот наконец я в этой стране — она ведь тебе не чужая, 1 и как жаль, что ты сейчас не со мной. Люди, которым я был представлен, приняли меня донельзя любезно и с самой изысканной предупредительностью. Город великолепен и во многих отношениях разительно отличается от нашего. Но, в сущности, везде одно и то же, и теперь уже мне кажется, что я и не трогался с места. Первые дни я извелся от тоски, чуть было не бросил все и не уехал. Дело в том, что я только глазел по сторонам, причем единственным следствием этого бывала усталость. С тех пор как я взялся за работу, я живу в мире с самим собой. Правда, без устали шатаюсь по городу, но имею мало общего с истинными ротозеями, потому что не рвусь повидать уйму лондонских достопримечательностей, которые, разумеется, весьма интересны, но я-то в них ничего не смыслю. В Париже так много всяких диковинок, которые мне ни разу не захотелось осмотреть, что не здесь же мне этому учиться. Признаюсь тебе даже, что все эти бесконечные картинные галереи пугающе похожи одна на другую, и кто знает одну из них, знает все остальные.

Сначала я от их живописи не получал никакого удовольствия. Теперь уже получаю. Меня не удивляет, что те, кто не разделяет наших взглядов на искусство, составляют себе о ней неблагоприятное впечатление. Подражание старым мастерам, как все на свете, имеет свои слабые стороны.

Тут образуется общество выдающихся деятелей, которые при содействии правительства вдохновляют художников на создание больших полотен. Боюсь, как бы это не погубило английскую школу. Их художники неподражаемы в картинах более скромных размеров. Желание блеснуть уведет их с пути, которым они следуют. Они примутся за большие полотна, которые окажутся недоступны частным лицам. Это общество уже приобрело огромную мазню г-на Хилтона 2 приблизительно за 25000 фунтов стерлингов. Картина эта сплошное неудачное заимствование того, что было сделано старыми мастерами. Зато есть прелестные жанровые картинки. Я побывал у Уилки 3 и лишь теперь оценил его в полную меру. Его завершенные картины мне не понравились, а наброски и эскизы, право же, выше всяких похвал. Как это свойственно многим художникам всех времен и народов, он постоянно портит то прекрасное, что создает. Приходится довольствоваться этими бледными копиями истинно прекрасных вещей.

Лошади, кареты, тротуары, парки, Темза, лодки на Темзе, берега Темзы, Ричмонд, Гринвич, корабли — обо всем этом можно написать тома писем; на досуге мы еще потолкуем с тобой обо всем. Англия исключительно соответствовала твоему таланту. А Италия перевернула в твоей башке все вверх дном. Я вновь и вновь узнаю небеса, берега, все эффекты, которые постоянно рождались под твоей кистью.

Филдинг 4 самый славный малый на свете. А Копли 5 какой-то незаметный и не в моем вкусе. Солнце — не самая блистательная примета Англии. Я так и не излечился до сих пор от насморка, который вывез из Франции; здесь все время холода. Ничего не знаю о состоянии твоих дел.

Твой друг

Э. Делакруа


1 Отец Сулье в свое время эмигрировал в Англию; Сулье провел там детские годы.
2 Уильям Хилтон-младший (1786—1839) — исторический живописец.
3 Сэр Дэвид Уилки (1785—1841) — автор исторических, жанровых картин, а также портретов, пользовавшийся в то время огромной популярностью.
4 Фалес Филдинг (1793—1837) — английский акварелист; он и трое его братьев были связаны с Делакруа дружбой, которая побудила художника в 1825 г. посетить Лондон.
5 Копли Филдинг, брат Фалеса.

Предыдущее письмо.

Следующее письмо.


Делакруа. Мефистофель встречает студента

Передняя обложка работы Девериа.

Фауст в тюрьме у Маргариты.






Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Эжен Делакруа. Сайт художника.