1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11

Суббота, 10 марта. Эль-Арба де Сиди-эйса-Белласен

Болел прошлой ночью. Мы были в нерешительности, не остаться ли из-за непогоды. Евреи не хотели ехать. Показалось солнце. Переправились через реку Эмда, делающую три извилины, сделали визит Бен-Абу. Он был в одежде из белого сукна. Он нам сказал, что император участвует в скачках с двадцатью-тридцатью всадниками, которых выбирает сам. Их лошадей отпускают в табун на ночь в дождь и в зной, от этого они становятся только лучше.

В чай он прибавлял ароматы.

Человек, скачущий по этой громадной равнине впереди нас; его открытая до плеча рука и голое бедро.

Возле реки, во время скачки, седло начальника охраны паши съехало на бок; он потерял тюрбан.

Мы встретили еще наместника паши в провинции.

Дует очень холодный ветер при ясном небе. Мы находимся в провинции Эль-Гарб, разделенной на две области.

Дети бросали в нас камнями. Было приказано арестовать всю деревню. Наверное, они не отделаются меньше, чем пятидесятью пиастрами. По-видимому, две коровы, которых преподнесли вчера Морне, были оттуда.

Воскресенье, 11 марта. На реке Себу у переправы Эль-Аитем

Вот уже три дня как за нами гонится шериф из Феца, друг Биаса, который непременно хочет получить подарок. Погода прекрасная. Ничего достопримечательного. Люди с ружейным чехлом на голове.

Когда мавр хочет выпросить у вас что-нибудь, он, чтобы не получить отказа, приводит к вашей палатке барана или даже быка в подарок и убивает его как жертвенное животное, чтобы засвидетельствовать приношение. Такой образ действия весьма и поневоле обязывает вас к ответной любезности.

Лошади, катающиеся по земле на берегу реки.

В тот день, когда мы стояли у Алькасара, было зарезано три барана: один у палатки Биаса, второй у палатки каида и третий возле нашей, всё для того, чтобы добиться помилования человека, обвиненного в убийстве. Биас заинтересовался этим делом.

Пока же весь вечер говорили об одном бедном еврее, побитом палками за то, что он отказался дать водку Лопесу, французскому агенту в Лароше. Последний, по-видимому, должен был переправить ее брату каида, в палатке которого мы были вечером. Его отпустили только за четыре пиастра и десять унций, понадобившихся для оплаты того, кто его бил.

По обе стороны лошади паши и его брата всегда идут два человека, которые берут у них ружье, когда они пускаются вскачь.

Я не упомянул о визите в Алькасаре к паше, в его палатку. Справа от него — его седло и сабля на белом матрасе; покрывала; у ног спал человек в бурнусе, завязанном сзади.

Почти всегда задняя часть седла находится в тени, падающей от одежды.

Наместник паши, не имея сапог, натянул на одну ногу чехол от ружья, а другую обвязал платком; почти у всех ноги изранены стременами.

Белая лошадь, поскользнувшаяся на всем скаку и сделавшая скачок в сторону. Она была кована холодной ковкой, и переднее копыто раскололось.

Понедельник, 12 марта. На берегах реки Себу

Утром перешли Себу. Забавная переправа. Лошади упрямились и шли на барки лишь под ударами. Голые люди гнали лошадей перед собой. Биас, переправляясь вместе с нами, сказал, что мостов не строят, потому что без них легче ловить воров, собирать подати и задерживать бунтовщиков. Именно он-то и говорил, что мир делится на две части: Варварство и все остальное. Люди, подпирающие барку и толкающие ее. Старый солдат; на нем лишь синий кафтан.

Зрители на берегу, свесившие ноги. Борзые. Лошади, катающиеся по земле. Страшная скука ожидания. Отчалили только около часу. Дорога вдоль реки. Перед самым прибытием — великолепные скачки со стрельбой. Человек в золотисто-желтом кафтане. Каид; тюрбан, как у мамелюка. Его палач.

Когда один из шейхов на скаку догнал нас, Абу стал его обгонять, и тот слегка разорвал ему плащ. Приехав на стоянку, Абу разорвал свой плащ в клочки, решив скорее сжечь его, чем позволить кому-нибудь воспользоваться им. Ему разбили также трубку. Он был взбешен и невыносим с солдатами.

Вечером, после веселого обеда, я спустился один к берегу реки. Чудный лунный свет.

Вторник, 13 марта. В Сиди-Касем

Палящее солнце. Дорога в бесконечной равнине.

Среда, 14 марта. Зар-Хон

Выехали при великолепном утреннем солнце. Сперва ехали вдоль речушки. Фигуры, освещенные сбоку восходящим солнцем. Резко выступающие на белом фоне горы. Очень яркие ткани и краски. Голубое небо.

Въехали в горное ущелье. Мужчины и дети в гаиках, надетых прямо на голое тело. Марабу. Бутрали (идиот). Шериф. Талеб.

Спустились по плоским скалам к берегу ручья и позавтракали.

Снова продвигались вдоль ущелий, но более широких, и по тропинкам над глубокими пропастями. Говорили о путешествии в Персию.

Видел женщину, приносившую воду командующему; пряжки на ее одежде.

Выехали на равнину и увидали издали Зар-Хон. Спустились к берегу красивой реки. Берег, поросший низкими лаврами. Далее ехали по склону горы среди камней и кустарников. Приближаясь к Зар-Хон, увидели пахарей; плуг, фонтан, видимый издали.

1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11


Эжен Делакруа. Вавилонское пленение

Греция на развалинах Миссолонги

Алжирские женщины (Эжен Делакруа)






Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Эжен Делакруа. Сайт художника.