1- 2- 3- 4- 5- 6- 7- 8- 9- 10- 11- 12- 13- 14- 15- 16- 17- 18- 19- 20- 21- 22

8 февраля

Оставался весь день дома. Работал над Алжирскими женщинами. Думал было пойти вечером посмотреть Лондонские тайны в театре Дюма. Но нехватило предприимчивости. Днем заходил г. Вильсон повидать меня.

9 февраля

Работал над Алжирскими женщинами. Вечером — Шопен, тотчас же обед. Он возмущается при виде того, что посредственности присваивают себе изобретения больших мастеров и портят или вызывают отвращение своим использованием их. Затем был у г-жи Форже и закончил вечер у нее, поздно засидевшись.

10 февраля

Вечером у Пьерре; очень много народа. Встретил там Лассю, давно потерянного мною из виду. Там был также некий дурак по фамилии Моро, которого я давно не встречал, в точности по моде одетый и в наглухо застегнутых перчатках. По-видимому, он считает себя красавцем или думает, что очень нравится женщинам, это обязывает его быть элегантным. Я упоминаю об этом только потому, что при виде этого господина, попросту фата, я вспомнил о многих имеющих успех мужчинах, ставших жертвами обязанности быть всегда красивыми.

11 февраля

Ждал г. Мецмахера в связи с доской для гравюры Лев и мертвый человек. Пришел он только к 11. Около двух часов у Ж...; там был В... Затем в Пасси, где я не был с 14 ноября — кануна св. Эжена. Встретился там с Тьером: кисло-сладкая встреча! Он не забыл моего противодействия его желаниям. Я был в разговорчивом настроении, и это еще усилило его дурное настроение. Он не пригласил меня к себе и довольно неожиданно ушел. Возвратился я к мосту через сад вместе с г. де Валоном и с Боше1. Довез этого последнего в кабриолете до площади Согласия. Он мрачно смотрит на судьбу будущего законодательного собрания. Он думает, что режим Наполеона прочнее, нежели думают его друзья; он более популярен, чем все правители за последние тридцать лет. Республиканские идеи проникли крепче, чем это принято думать. Я тоже полагаю, что ничего похожего на то, что было, не может быть: все переменилось во Франции и все продолжает еще меняться. Он обратил мое внимание на неряшливый и мрачный вид этой толпы, несмотря на воскресенье, чудную погоду и на то, что весь Париж высыпал на улицу. Леблон с женой пришли навестить меня и оставались до 11 часов.

12 февраля

Днем г-жа Форже написала мне, что меня ждет приглашение к принцу2 на среду, и просила, чтобы сегодня вечеромя сопровождал ее к супругам Серфбеер. Пошли туда пешком. Было много народу. Г-н де Понтекулан произнес перед Виейаром по всем правилам, но очень остроумно и очень энергично, защитительную речь за своего сына, посланного солдатом в полк после квазирасформирования Сен-Сира. Возвращались пешком и озябли.

Среда, 14 февраля

Обедал у президента3 с Пуансо, Гей-Люссаком, Тьером, Моле, Руайе, Жюсье и др. Там же были Виейар и Шабрие. Первый представил меня Леону Фоше.

У меня был долгий разговор после обеда с Жюсье о цветах в связи с моими картинами, Я обещал побывать у него весной. Он покажет мне свои теплицы и достанет для меня разрешение писать этюды.

Тьер был очень холоден со мной, даже более, чем я ожидал. Я начинаю верить тому, что сказал мне Виейар в понедельник у Серфбеера: у него большой ум, но мелкая душа. По существу, он должен был бы уважать меня за то, что я оказался в оппозиции к нему по вопросу, который шокировал мои чувства. Тем хуже для него, конечно.

Мне не удалось ни поговорить с Пуансо, ни услышать его самого. Эти люди и их хладнокровие производят на меня сильное впечатление. Он говорил перед обедом о Лагранже4, которого он ставит на самое высокое место, о Лапласе5, которого он ценит меньше. Минье восхвалял стиль этого последнего. Пуансо процитировал несколько мест, вызывающих критику. Таково начало его «Небесной механики» (заглавие неудачное, говоря мимоходом!): «Если прекрасной ночью вы поднимете взгляды свои...» и т.д., а надо было, говорит он, написать: светлой ночью или ясной ночью. Он прав, но Минье остался при своем. Меня это не удивляет. Вольтер, по словам Пуансо, не допустил бы этого, и с основанием, на мой взгяд. Если вы изображаете любовь какого-нибудь героя из романа, слова прекрасная ночь естественны, но в научном труде вы никогда не должны терять из виду, что вы — ученый. Он же несомненно — один из самых замечательных.

Принц сделал комплимент Энгру по поводу его прекрасной картины Капуцины, которая на самом деле является работой Гране и лишь принадлежит Энгру. Надо было видеть физиономию Энгра при этом недоразумении.

Оттуда к г-же Марлиани. Она прочла мне письмо г-жи Санд, которая приносит ей самые глубокие извинения в связи с историей насчет замужества и уверяет или старается уверить, что никогда не имела в данном отношении видов на Клезенже. В добрый час!


1 Боше (Bocher) Анри-Эдуард (1811 — 1883) — политический деятель-орлеанист. Избирательным округом Кальвадоса был избран в Законодательное собрание. Король Луи-Филипп назначил его управляющим имуществом Орлеанской династии, которое тот защищал после низложения королевской семьи.
2 Принц — имеется в виду Луи-Наполеон, ставший впоследствии Наполеоном III (1808 — 1873).
3 Марраст (Marrast) Арман (1801 — 1852) — политический деятель, первоначально республиканец, в 1848 году президент Учредительного собрания. Жестоко расправился с июньским восстанием.
4 Лагранж (Lagrange) Луи (1736 — 1813) — знаменитый французский математик, астроном, создатель теории дифференциального исчисления.
5 Лаплас (Laplace) Пьер-Симон (1749 — 1829) — гениальный математик и астроном-теоретик.

1- 2- 3- 4- 5- 6- 7- 8- 9- 10- 11- 12- 13- 14- 15- 16- 17- 18- 19- 20- 21- 22


Андромеда

Ваза с цветами на столике

Бухта Танжера в Марокко






Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Эжен Делакруа. Сайт художника.