1- 2- 3- 4- 5- 6- 7- 8- 9- 10- 11- 12- 13- 14- 15- 16- 17- 18- 19- 20- 21- 22

Пятница, 19 октября

Читаю сегодня у Монтескье набросанное в широких описание подвигов Митридата. Величие, которое он придал характеру этого царя, очень сильно уменьшает впечатление, оставленное в моей душе пьесой Расина. Положительно эти любовные истории, примешиваемые к изображению такого колосса, сводят его до размеров человека нашего времени. Когда подумаешь, что Митридат был в известной мере варваром и вождем диких народов, то с трудом представляешь его погруженным в домашние дрязги. В общем, надо будет прочесть еще раз.

Со дня на день откладываю отъезд. Все приветливы со мной, и эти приятные странствия по любимым местам убаюкивают меня, заставляя отодвигать минуту, когда вновь придется начать обычный образ жизни.

Утром читал Монтескье, Величие и падение. Гулял по саду до завтрака. После этого прогулка в лодке с кузиной и целой компанией маленьких девочек. Я устал от вчерашней прогулки и вообще от жизни, которую здесь веду, особенно же от этих обедов, вин и т.д. Занялся среди дня тем, что составлял из фрагментов витражей окно, которое Борно хочет вставить в отверстие, оставленное в капелле Пресвятой девы. Вечером несколько партий в бильярд с кузиной, пока Борно зарисовывал виды, понравившиеся нам в скалах.

Суббота, 20 октября

После завтрака узнал о смерти бедного Шопена. Странно: утром, перед тем как вставать, я уже был застигнут этой мыслью. Вот уже несколько раз, как я испытываю такого рода предчувствия. Какая потеря! Сколько подлецов живет преспокойно, в то время как угасла такая великая душа! Прогулка по саду. Прощался с прекрасными местами; их очарование в самом деле восхитительно. Это очарование очень мало чувствуют местные обитатели. Среди всего этого добрый мой кузен толкует только об акрах земли, об улучшениях, о заборах или о ссорах с муниципальными властями. Вот почему большую часть времени я остаюсь молчаливым и подавленным. Особенно тяжелы обеды, где обычно все изливаются. Неужели они этим счастливы? Прогулка с Борно в Анжервиль в шарабане. Большая часть елей возле церкви срублена. Увы! эти места изменились все же меньше, чем люди, которых я там увидал.

Вернулись через Терульдвиль и посетили маленькую церковь. Это местечко очень растрогало меня. Церковный дом очарователен. Я говорил Борно о мирной жизни священника в таком местечке. Мои соображения не трогают его, и на обратном пути он опять вернулся к своим акрам земли, травосеянью и т.д. Спускаясь по крутой дороге, огибающей его лес, он показывал мне сделанные им улучшенья, разработки, печь для обжигания кирпичей и т.д. Мы проехали мимо кладбища: я не мог удержаться, чтобы не подумать о месте, где лежит мой бедный Батайль. Я был нем, грустен, заледенел; и ни малейшего желания чего-либо.

Воскресенье, 21 октября

Потерянный день. Мы должны были пойти в Фекан. Едва вышли из Вальмона, как начавшийся мелкий дождик напугал кузена, которому, может быть, не очень хотелось туда идти. Мы вернулись, и я стал укладывать чемодан. Обедала начальница почты. Я был сильно возмущен некоторыми резкостями...

Вторник, 23 октября

Утром снова разбирал витражи и закончил композицию окна капеллы пресвятой девы для Борно. Стекольщик починил мне те которые я увожу с собой. Ходили в Сен-Пьер вдвоем с Малестра; написал много этюдов с моря, которое было всегда одним и тем же и всегда прекрасным. За обедом — маленькая г-жа Дюгле, ее сестра и некая г-жа Кард он с дочерью из Фекана.

Среда, 24 октября

Отъезд в половине десятого с Борно. Ехали по старой дороге до Ипревиля при самой чудной погоде. Я с большим удовольствием проделал этот путь. Снова увидал сосновый лес у въезда в Ипревиль. Сел в поезд в Альвинаре. Эта дорога совершенно изменилась за три недели; красные и золотистые тона деревьев, тени — голубые и туманные.

В Руане около часа. Всю дорогу до Парижа проехал один, без спутников. До Руана ехала очаровательная женщина с пожилым человеком; я искренне любовался ею все то короткое время, которое она провела в вагоне.

Чувствовал себя не вполне хорошо. Позавтракал без аппетита, и это недомогание, которое помешало мне есть в продолжение всего дня, действовало на мое настроение. Несмотря на это, любовался берегами Сены и скалами, которые идут вдоль дороги, начиная от Пон-де-Марш, и заходят за Верной, этими пригорками почти правильной формы, придающими особый характер всей этой местности, Манту, Мейлану и пр. Видел Во и т.д.

Прибыл печальным; этому способствовала еще мигрень. Долго ждал багажа. Дома нашел Женни, которая дожидалась меня. Возвратясь, я не без удовольствия снова почувствовал ее постоянную заботу обо мне.

1- 2- 3- 4- 5- 6- 7- 8- 9- 10- 11- 12- 13- 14- 15- 16- 17- 18- 19- 20- 21- 22


Данте

Делакруа. Передняя обложка работы Девериа

Теодор Жерико.






Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Эжен Делакруа. Сайт художника.